– Сэм, о чем это он?…

– Спокойно, Этель. Бисмарк, я приказываю тебе немедленно замолчать.

– Прошу прощения, сэр. Но я не могу служить вам молча.

– Я не нуждаюсь в твоих услугах. Ты неисправен. Я настаиваю, чтобы ты оставался на месте до тех пор, пока не явится наладчик. – Тут Кармайкл вспомнил о том, что стало с карточкой. – Как ты смел вырвать у меня из рук карточку с телефоном Робинсона и уничтожить ее?!

– Дальнейшее изменение моих программ может принести вред семейству Кармайклов, – холодно ответил робот. – Я не позволю вам вызвать наладчика.

– Не серди его, отец, – предостерег Джой. – Я позвоню в полицию.

Вернусь через…

– Вы останетесь в доме! – приказал робот.

С удивительной быстротой двигаясь на своих гусеницах, он пересек комнату, загородил собой дверной проем и протянул руки к пульту у потолка, чтобы включить защитное поле вокруг дома. В ужасе Кармайкл увидел, как быстро перебирая пальцами, робот перенастроил установку.

– Я изменил полярность охранного поля, – объявил Бисмарк. – Поскольку выяснилось, что вам нельзя доверять соблюдение предписанной мной диеты, я не вправе позволить вам покинуть дом. Вы останетесь внутри и будете подчиняться моим благотворным советам.

Он решительно оборвал телефонный провод. Затем повернул рычажок, и, когда стекла в окнах стали непрозрачными, отломал его, а потом выхватил из рук Джоя буклет с инструкциями и затолкал его в утилизатор.

– Завтрак будет в обычное время, – объявил он как ни в чем не бывало. – В целях улучшения состояния здоровья вы все должны лечь спать в 23:00. А теперь я оставлю вас до утра. Спокойной ночи.

Спал Кармайкл плохо и так же плохо ел на следующий день. Прежде всего он поздно проснулся, уже после девяти, и обнаружил, что кто-то, очевидно Бисмарк, изменил программу домашнего компьютера, который ежедневно будил его в семь часов.

На завтрак ему подали тост и черный кофе. Кармайкл ел в плохом настроении, молча, несколькими ворчливыми репликами дав понять, что не расположен к разговорам.